В условиях быстро меняющихся экономических условий, новых покупательских привычек, технологического прогресса и агрессивного темпа роста бизнесов, В2В продавцы изо всех сил пытаются не отставать.

Только не говорите, что у вас не было отговорок, касающихся учебы: «Я хочу выучить английский, но у меня нету денег на курсы. Я хочу стать более обязанным в сфере бизнеса, но ходить на лекции и семинары времени нет. Хочу больше читать, но книги занимают слишком много свободного времени…»

Мой бывший партнер по агробизнесу был свято уверен, что Куршевель и Буковель – это соседние села в Карпатах. Куршевель по одну сторону горы, Буковель – по другую. И Куршевель он произносил как Кури-Щавель, по типу Конча-Заспа или Поляна-Квасова. Но туда он не попадет никогда, потому что еще с армейской службы на Сахалине не переносит никакую температуру ниже +15. А я слетал. 

Однажды на одну из моих фирм персональщики привели новую девочку. Девочка была молодая и довольно смышленая. Но пробелы в ее понимании бизнеса и вообще деловой реальности были огромными. Точнее, это был один сплошной пробел. Спрашивать ее о чем-то, связанном с бизнесом, рынком или офисом не стоило: благодаря своей бойкости она начинала, не смущаясь, нести такую дичь, что конфузился даже начальник СБ. Девочка только что окончила специальность «Менеджмент» университета «Украина», если кто помнит, что это было за заведение.

Я всегда внимательно слушаю, что мне говорят. И не перебиваю. Кто бы передо мной ни был. Какие я делаю при этим выводы – это уже другая тема. Но слушать людей надо. Надо дать собеседнику высказаться. Хотя бы ради того, чтобы иметь представление, кто перед вами. С каждым годом вокруг меня все меньше людей, чьи слова стали бы для меня аксиомой или руководством к действию. Людей, у которых бы я учился. 

Я открыл первую фирму еще до того, как закончил институт. Опыта на рынке у меня не было – торговля в ночном ларьке и беганье по офисам с продукцией канадской фирмы не в счет. Но настроен я был, в точности как Архимед: дайте только мне точку опоры, и я переверну деловую Землю. Задумчив я был тоже, как он: я всегда переваривал информацию из свежих «Галицких контрактов» или «Бизнеса», которые педантично читал от начала до конца: вдруг все интересное пропустишь? На основе этого и строились мои познания о бизнесе.

Каждый хоть раз в жизни задумывался что делает человека успешным и отличает остальных. Мы всегда смотрим на личностей из телевизора или лидеров общественного мнения и хотим быть похожими.

Я отправил Сашу в Лондон в языковой лагерь. В очередной раз. И ничто не предвещало драмы. Ведь она туда уже ездила. О, этот ужасный Лондон! О эти жуткие языковые лагеря! Там всё, как писал Диккенс. И вот это вот все. Но ничего, думал я, как-то выдержит. Тем более, что она ехала с группой других девочек, наших. То есть все говорило в пользу того, что они, щебеча и хихикая, прошушукаются между собой тесным девочковым кружком украинок весь лагерь и счастливые вернутся домой. Предпочитая не особо покидать комнаты друг дружки. Уютненько, мягонько, тепленько, в комфорте и на родном языке. 

Недавно пришли ко мне сразу четыре румяных юноши-энтузиаста. На улице был мороз, и они пришли замерзшие. Сказали, что они соучредители. Что будут открывать фирму, как у меня в юности - по деталям к промышленному оборудованию. Все есть, дело за малым: нет опыта на этом рынке. А рынок, по моим воспоминаниям, тяжелый. Народец там такой (производство ж), что сжирает вас, румяного и окрыленного, прямо у входа. Прямо с волосами и ногтями. Ну да ладно – лезете, не зная брода – ваше дело. Но была еще одна проблема: нет денег. Денег нет. И еще раз, заглавными буквами с разбивкой: Д Е Н Е Г Н Е Т. То есть настолько сильно. Но при этом – соучредители. Сумму они просили небольшую: 3 200 евро, та я вас прошу. И вот в этом они были молодцы. Потому что это именно та сумма, которую вы достаете из кармана, и вам не жаль с ней расстаться, потому что она настолько ничтожна, что даже если вы ее потеряете, по типу спустите в канализацию, это ни на что не повлияет. Вот 32 000 евро получить намного сложнее. А 3 200 – весьма реально. Я так и поступил: полез в карман и отдал им эти деньги. Чисто из любопытства: а что будет? Но это стоило нервов. А именно – заставить себя не смеяться. Ибо они были такие серьезные. Такие все заряженные на успех – прямо сейчас голыми руками рвать рынок комплектующих, который перемалывал на раз-два хитрых дядек с тридцати-сорокалетним стажем в отрасли! Такие взроооослые. Так величественны – соучредители ж! Бизнеса ж! - что не заржать было трудно. Но три года постоянного общения с китайскими бизнесменами научили меня бесстрастию зеркальной воды ноябрьского пруда. И я не смеялся. Они были весьма важны, их движения были монументальны, а позы – вальяжны. Это был чистый пафос. Это как если бы они в Монте-Карло выходили из своих бугатти-вейрон: слегка небрежно, чуть утомленно, но не теряя высокой марки и достоинства. Но нет, Монте-Карло не было, они всего лишь просили у меня 3 200 евро.

Недавно по дороге в аэропорт наш дизайнер спросил меня, как найти свое призвание, как понять, каким бизнесом заниматься и как создать компанию своей мечты. У меня был ответ на его вопрос. Всегда заниматься тем, что нравится, делать то, что хочется, и никогда не заниматься бизнесом, от которого тошнит. И не сотрудничать с людьми, которых вы не переносите. В общем, все по Кастанеде: просто идти по пути сердца. Мы придаем слишком большое значение мозгу в бизнесе, я о тех бизнесменах, кто вообще включает мозг. Многие ведут бизнес не приходя в сознание, на мышечных рефлексах, как собаки Павлова. Но те, кто при памяти, в них слишком много рационального. Если иногда, вернее, как можно чаще, прислушиваться, что подсказывает сердце, можно получить фантастические результаты.